Весь день сегодня здесь гремели огромные машины, стоял гул толпы, крики уже полуглухих рабочих... Но пришел вечер. Время, когда завершился рабочий день. Шум машин и людей понемногу стихал, без пяти шесть - щелчком наступила темнота, остались лишь мигающие фонарьки неживых созданий и пускающий слюни в крепком сне охранник, около двери.
-До завтра, Стив! Не дремай сегодня.
Хлопок по плечу вырвал старого охранника из сладкого царства Морфея и он, дрогнув всем телом, приподнял красные морщинистые веки, пытаясь сфокусировать свой взгляд на стоящем рядом человеке, и что-то промямлил, а по подбородку его стекла капля слюны.
-Не спи, говорю, Стив! Неужто ты забыл, как давече, на прошлой недели буквально, пропали станковские запчасти? - Мужчина, ведущий "диалог" с старым Стивом, пригладил жесткие черные усы над губой и поправил чуть рваную шляпу. - Влетело не только тебе, влетело всему заводу, а дрых-то только ты, мы-то работаем.
-Да, да... иди уже, с Богом, - отмахнулся от надоедливого приятеля старик, кутаясь в теплую заштопанную куртку.
-Ну смотри. Если будь что этой ночью - тебе не поздаровится.
-Да, да...
Рабочий постоял еще пару секунд, глядя сначала на вновь задремавшего охранника, затем на уже темное небо, усыпанное ночными звездами, и, отмахнувшись перчаткой, побрел домой.
Но лишь спустя пару часов старика Стива, снова сладко заснувшего, прижавшись щекой к холодной кирпичной стене здания, разбудил тихий грохот, донесшийся изнутри цеха. Поднявшись с трудом из-за больных ног и чуть наплывшего жира на животе, мужчина снял со стены беспечно висящее там ружье и тихо отправился в здание, по пути заряжая его двумя патронами. Он осторожно прошел в здание, осмотрелся и направился в цех, колени его чуть дрожали от нахлынувшего страха. Кто будет брать труса в охрану?
Он подошел к высокой железной двери и сглотнул пару раз, раздумывая, а стоит ли ему вообще входить и вмешиваться в дела посторонних? Делов-то, ну стырят пару запчастей, ну урежут зарплату, ну уволится он, и все в порядке, все живы и целы. Но в голову его вдруг ударила жуткая мысля, зародившаяся где-то в недрах мужского разума, подпитанная храбростью и честолюбием, и одним резким движением старик ворвался в огромное помещение, тут же нацеливая свое ружье в пустоту. Но будем честными: ожидал увидеть там он только лишь пустоту. Сердце его словно замерло на мгновение, и он шумно выдохнул, когда пред глазами его предстали лишь так давно знакомые ему станки и установки. Опускать ружье ему, несомненно, не следовало, но он допустил эту грубую ошибку, как в ту же секунду в ближнем углу загорелись два красных глаза.
Ну а на утро все газету трубили о жестоком издевательстве над старым охранником Стивом, - нашли его голого, растерзанного до мяса, но живого, привязанного толстой бичевкой к одной из деревянных потолочных балок на местном заводе. Пропали так же некоторые станочные детали.